Неодолимая сила слова,

или Невозмутимые воды синей прозрачной реки

Москва, 1981

 

Предуведомление

У нас еще не до конца изведана неодолимая сила слова. Особенно в его чистом незаинтересованном варианте. Его-то мы и хотим предложить здесь.

 

 

 

 

* * *

Пусть группа людей разных возрастов, полов, занятий и социальных положений, числом не более 50, соберется в жаркий летний день и отправится загород. Это действие по утверждению неодолимой силы слова вполне можно совместить с развлечениями на лоне природы, песнями, веселием, танцами и просто прогулкой.

 

 

Пусть эта группа людей соберется и сядет в пригородную электричку. Езды до назначенного организаторами места должно быть не более 30-45 минут, чтобы не утомить людей. Должна быть суббота, чтобы люди ехали с уверенностью, что завтра, в воскресенье, в случае чего они смогут отдохнуть.

 

 

Пусть будет яркий солнечный день.

 

 

Пусть люди едут в электричке, любуются живописными заоконными пейзажами, знакомятся друг с другом, дети пусть пьют лимонад, бегают по вагону, шумят.

 

 

Пусть в группе находится несколько пенсионеров, и один из них пусть будет высокий худой старик с седоватыми усами и бородкой клинышком, и с очками в тонкой оправе на костистом носу. Пусть он ворчит на детишек и все время спрашивает: "Это куда же мы едем?"

 

 

Когда поезд подходит к нужной станции, все высыпают на перрон, и организаторы отправляют их в нужном направлении, где по пути пусть они все время встречают красные надписи на крупных табличках:

 

ВПЕРЕД, ВЛЕВО, ВПРАВО

и снова

ВПЕРЕД, ВПРАВО, ВЛЕВО

 

 

 

Наконец, доходят до назначенного места. Путь не должен занимать более получаса, чтобы не утомлять, тем более, что в группе, как уже говорилось, есть дети и старики.

 

 

Назначенное место — это открытая очаровательная поляна на берегу реки, окаймленная с обеих сторон подходящим к реке и чудно отражающимся в невозмутимых водах синей прозрачной реки лесом. Поляна большая, так что пробежать ее от края до края вдоль поблескивающей серебром реки займет минут 5 и у молодого здорового человека. В глубину же, от прозрачной синей реки до светлого леса, поляна как раз не очень большая — шагов 150-200.

 

 

Пусть все, придя в это дивное место, залюбуются чистым бирюзовым небом, ярким, стоящим уже в зените, солнцем, невозмутимыми водами синей прозрачной реки, легким шелестом живого леса. Пусть все постоят зачарованные.

 

 

Пусть все сядут на густую пушистую траву. Ведь уже подустали. Особенно старики и дети. Пенсионер профессорского вида пусть присядет одним из первых, поправит очки, сползшие на самый кончик носа, и скажет: "Ну и что?"

 

 

Пусть все сядут так, чтобы синяя прозрачная река была у них по левую руку, а светлый густой лес в глубине привольной поляны — по правую. Для этого не надо понукать, ни руководить, ни окликать, надо просто в соответствующем месте, перед глазами людей поставить табличку:

ПРЕКРАСНО

 

 

 

Она должна быть достаточно большого размера, чтобы легко прочитываться издали. Текст должен быть написан алыми сияющими буквами, сверкающими под нестерпимым полуденным солнцем. Пусть потом последует надпись:

ПРИРОДА

 

 

 

Пусть все, посидев немного среди чарующего пейзажа, обратят внимание на замечательные таблички. Кто сидит к ним спиной или боком, пусть развернутся лицом к надписям. Им подскажут соседи.

 

 

Посидев, все достают из сумок и сумочек продукты, свежий мягкий хлеб, яйца, приятно пахнущие огурцы, яркие помидоры, лимонад, напитки. Особенно возбуждены при этом, естественно, дети. Они звонко вскликивают, смеются, хватают бутылки с зеленоватым лимонадом, проливают его на ярко-зеленую траву. На них добро покрикивают. Пусть профессор, нахмурив густые серые брови, скажет с притворной строгостью хныкающему краснощекому белокурому бутузу: "Перестань плакать, а то волк в лесу услышит и прибежит". Очаровательный малыш расширит карие глаза и еле-еле покосится на темнеющий лес. Профессор посмотрит по сторонам и скажет: "И что дальше?"

 

 

В это время устроители пусть покажут табличку

ЕДА

 

 

 

Все оживятся еще больше, показывая на надпись пальцами. Захрустела яичная скорлупа, захлопали пробки, зашелестела провощенная бумага, постелены ослепительные белые салфетки на яркую траву и колени. Пусть все едят.

 

 

В это время появляется табличка

ЛЕС

 

 

 

Затем, минуты через две

РЕКА

 

 

 

Пусть у всех уже хорошее настроение. Все сыты. Все чуть разомлели под горячим солнцем. Посмеиваются, стряхивают с коленей осколки белой матовой яичной скорлупы, свертывают закапанные салфетки, кладут их в сумки. Детишки притулились к родителям.

 

 

Появляется надпись

ПРИЯТНО

 

 

 

Все, посмеиваясь, соглашаются, что, мол, да — приятно. Профессор обращает внимание на надпись каких-то двух молодых людей, отвернувшихся и занявшихся шутливыми юношескими играми. Профессор говорит: "А что? — и приятно".

 

 

Появляется надпись

СОБЕРИТЕ МУСОР

 

 

 

Все собирают мусор, положительно высказываясь в адрес авторов этой надписи. Детишки тоже, под одобрительные смешки взрослых, носят в своих пухлых, неумелых ручонках кусочки недоеденного хлеба, желтого сыра, хрупкой яичной скорлупы и полные значительности складывают их в сумки и пакеты.

 

 

Загораются буквы

ВНИМАНИЕ

 

 

 

Все поднимают головы

ВНИМАНИЕ

 

 

 

Все напрягаются, щурятся под слепящими лучами вертикального полуденного солнца.

СЕЙЧАС ПОСЛЕДУЕТ

 

 

 

Все замирают и ждут.

 

 

Пусть в это время из дальнего синеватого леска, как раз за надписями, появится группа молодых людей. Они тоже относятся к организаторам. Все организаторы, занятые в действе, пусть будут облачены в какую-нибудь приятную голубую униформу, которая бы объединяла их, отделяла бы от остальных, придавая им некое эстетически-правовое преимущество. И тот из организаторов, кто являет надписи, пусть не указывает пальцами на группу молодых людей, но просто обернется лицом в их направлении, словно приглашая всех обратить на них внимание.

 

 

Пусть группа юношей и девушек, показавшаяся из дальнего леска, будет без униформы, но в разноцветных плавках и купальниках. Их загорелая кожа пусть чуть лоснится от жары и солнца, переливаясь всеми тонами желтого и коричневого загара. Пусть они кружатся и вьются, напоминая красочных бабочек и мотыльков, порхающих над яркими цветами полей и садов. Впереди плывет, пританцовывая и кружась, высокий гибкий юноша с горящей копной ослепительных золотых волос. Высоко над собой он покачивает надпись:

ЗА МНОЙ

 

 

 

Все следуют за ним в молчаливом танце, то убыстряющимся, завихряющимся, когда все вдруг хватаются за руки и кружат вокруг юноши в неистовом до головокружения хороводе, то разрывают руки и медленно плывут, припадай к земле или вспархивая, словно взлетая в воздух. В руках у юноши появляется надпись:

 

 

В ВОДУ

 

 

И все тут же бросаются в синюю прозрачную реку, поднимая горы хрустальных, дробящихся всеми цветами радуги, брызг. Но все это молча, без единого звука. Они плещутся в воде, выпрыгивая по пояс, проблескивая мокрой кожей и исчезая под воду. А юноша, подняв над собой надпись:

ПРЕКРАСНО

 

 

 

раскачиваясь из стороны в сторону, начинает удаляться от наблюдающих вдаль, против течения реки, посверкивающей голубыми прозрачными струями. И пусть вся гурьба, рой этих молодых людей, ничем не обремененных, кроме счастья, свободы, воздуха и воды, последует за ним, и кружась и играя, исчезнет в мареве, в дали невозмутимых вод синей прозрачной реки.

 

 

Пусть все наблюдавшие, словно завороженные этим феерическим зрелищем, подадутся вперед в желании прыгнуть в прохладную прозрачную воду вслед этим прекрасным, проплывшим пред их глазами как чудное видение, эльфам и сильфидам. Жарко. Нестерпимо жарко. Многие вскакивают.

 

 

Но пусть появится надпись

СИДЕТЬ

СИДЕТЬ

 

 

Затем

СПОКОЙНО

 

 

 

Все не то чтобы успокаиваются, но осаживаются. Некоторых удерживают. Профессор говорит: "Ишь, быстрые какие".

СОБРАТЬ МУСОР

 

 

 

Все собирают оставшийся мусор. Успокаиваются. Вполне успокаиваются. Тихо.

ВНИМАНИЕ

ВСТАТЬ

 

 

 

Все поднимаются. И вправду — засиделись. Детишки просто даже вскакивают и скачут между взрослыми. Но пенсионеры поднимаются с трудом — возраст все-таки. Да и жарко. Ослепительное солнце порядком напекло головы, плечи, руки.

ПОДРАВНЯТЬСЯ

 

 

 

Все подравниваются.

ШАГ ВЛЕВО

 

 

 

Делают шаг влево.

ШАГ ВПРАВО

 

 

 

Делают шаг вправо. Уже более стройно.

ШАГ НАЗАД

ДВА ШАГА ВПЕРЕД

НАЗАД

 

 

 

Все пятятся. Пусть организатор с надписью надвигается на толпу.

НАЗАД

 

 

 

Пятятся.

НАЗАД БЕГОМ

 

 

 

Все, пятясь, по ходу движения разворачиваются и бегут в обратном направлении вдоль берега. Детишки бегут вприпрыжку, а кто постарше— с трудом. Ведь возраст, и солнце, но бегут. Тут перед ними появляется другой человек в униформе с надписью

НАЗАД

 

 

 

Все снова разворачиваются и бегут в обратном направлении. Некоторые уже задыхаются. Это и понятно. Кто-то спотыкается о консервную банку, которую, несмотря на все призывы, не убрали.

 

 

Детишки уже поотстали от родителей, перепутались, кричат: мама! мама! Но кричат они сразу все, так что не разобрать. Профессор бежит на длинных подгибающихся ногах, хочет что-то выкрикнуть, но на бегу не может и лишь повторяет: Что... что...

 

 

И в это время все, бежавшие с опущенными головами, пусть неожиданно поднимут головы и увидят прямо перед собой красные буквы

ПОЖАР!

 

 

 

Они остолбеневают. Пятятся назад. Кто-то спотыкается, падает, через него падают еще несколько. Становится невыносимо жарко. И вправду — полдень, жара, солнце, пот, пожар. Профессор судорожно рвет ворот рубашки.

 

 

Все бросаются назад. Падают через упавших. Кто-то сшибает ребенка, краснощекого белокурого бутуза, подминает его, младенец истошно вопит: А-а-а! Профессор, бледный, с испариной на лбу, бросается к ребенку и кричит: "Ребенка задавили! Ребенка за..." — от крика с потного носа его соскальзывают очки, он, растопырив руки, нагибается, чтобы поднять их, но его тоже сминают, вместе с хрустящими под многочисленными ногами очками, и путаясь в телах бегут, бегут, пока прямо перед собой не обнаруживают красные горящие буквы

ПОЖАР

 

 

 

Толпа бросается к лесу. Но из темного леса навстречу им появляются в ряд три горящие в воздухе надписи

УЖАС! УЖАС! УЖАС!

 

 

 

Разворачиваясь, сталкиваясь друг с другом, спотыкаясь, поднимаясь и задыхаясь, крича, ругаясь, вскликивая, хватая ртом воздух, бегут к реке.

 

 

Здесь ожидают их люди в униформе, и пока толпа еще не подбежала, поднимают надписи

СПОКОЙНО!

 

 

 

Затем

СТОЯТЬ!

 

 

 

Затем снова

СПОКОЙНО!

 

 

 

И снова

СТОЯТЬ!

ПОСТРОИТЬСЯ!

НЕ ОГЛЯДЫВАТЬСЯ!

 

 

 

Несмотря на жару, на жгучее, нестерпимое солнце, у всех начинается дрожь и покляцывание зубов. Тишина, но какое-то шелестение в воздухе. В небе — ни птички, ни былинки. Только солнце.

 

 

Человек в голубой униформе поднимает над собой

ЗА МНОЙ, ТОВАРИЩИ!

 

 

 

Поворачивается и направляется к реке

НЕ ОГЛЯДЫВАТЬСЯ!

ЗА МНОЙ!

В ВОДУ!

 

 

 

Все медленно двигаются и идут, входят в реку. Все почти успокоились, идут не оглядываясь, сосредоточившись на надписях, появляющихся над головой ведущего

В ВОДУ!

СПАСЕНИЕ!

БЛАЖЕНСТВО!

 

 

 

Вот уже по пояс в воде, вот уже по грудь, по шею. А вот и скрылись. И снова спокойно катит свои невозмутимые воды синяя прозрачная река.

 

 

Сделать бесплатный сайт с uCoz